Татьяна Александровна грустно ухмыльнулась.

— Вот видите, вы сами этому не верите, однако каждый день смотрите в глаза своим ученикам и врёте.

Учительница вопросительно посмотрела на директора.

— Что вы на меня так смотрите? Сами-то верите, что Лев Толстой был зеркалом русской революции?

Таня отрицательно помотала головой.

— Значит, мы с вами договорились?

— Александр Сергеевич, для чего вы меня выгораживаете?

— Опять двадцать пять! Во-первых я не верю, в то, что эта история произошла по вашей воле. Скорее всего вас к этому принудили. А во-вторых, я не вас, а себя выгораживаю.

Автомобиль скрипнул тормозными колодками, клюнул носом и остановился.

— Приехали, — сказал директор. — Вы, кажется, здесь живёте?

Глава 2

Школа это такое учреждение, где новости узнают с такой же скоростью, с которой они происходят, а иногда кажется, что слухи распространяются гораздо быстрее. Действительно, ведь то злополучное сочинение, которое было сдано в РОНО, никто не читал. Более того, начальство вызвало директора и Татьяну Александровну не объяснив причины вызова, однако вся школа, по крайней мере женская её часть, уже всё знала. Приняв решение о том, что ничего страшного не произошло и что сочинение Сапожникова ни что иное, как плоды воспалённого юношеского воображения, директор не пошёл на работу, а отправился домой. По телефону он ни с кем не разговаривал, с родными служебными новостями не делился, однако вся школа уже знала, о фантазиях ученика и о странной реакции районного начальства.

Придя на работу, учительницу русского языка и литературы окружила обстановка прямо противоположенная той, что была накануне. Каждый сотрудник считал своим долгом подойти к ней и высказать своё негодование в адрес ученика так жестоко и низко опорочившего своего учителя.

— Вы только подумайте! — возмущалась учительница математики, — От горшка два вершка, а уже такой подлый! Да как он посмел писать про вас такое?!