— Ну ладно, не хочешь про учительницу — не надо. Давай поговорим о Вовке.

— Каком Вовке?

— Которого похитили.

— Никакого Вовки и в помине не было.

— То есть как не было?

Следователь вытащил из стола какие-то бумаги и стал просматривать их.

— Вот, — протянул он Пете листок, — разве это не ты писал? "Вовка пошёл к тем кустам, потому, что его очередь была". А вот это? — милиционер показал другую бумажку.

— Что это?

— Это показания вашей учительницы из которых видно, что сдавая сочинение, ты сказал ей, что не успел написать про Вовку.

— А я этого и не отрицаю.

— Ну, слава Богу, хоть чуть-чуть сдвинулись с мёртвой точки!

— С какой точки? — не понял Сапожников.

— Раз ты не успел написать про Вовку, то расскажи мне о нём сейчас.

— На самом деле Вовка потерял свой ботинок и весь отряд искал его.

— И?

— Что, и?

— Дальше что было?

— Ничего. Ботинок нашли в канаве. Вовка надел его и мы пошли в лагерь.

— И всё?

— И всё.

По лбу следователя стекал холодный пот. Он понимал, что ребёнок просто водит его за нос.

— Хорошо, — вдруг сказал он, — пойдём пообедаем, а то на голодный желудок мы не договоримся.

— У меня с собой денег нет.

— Я угощаю. Ты что любишь?

Следователь встал из-за стола и вывел подростка из кабинета. Положив руку ему на плечо, будто это был не допрашиваемый, а приятель, он шёл с Петей по коридору и обсуждал с ним меню предстоящего обеда.

На самом деле милиционер прервал свою беседу не из-за голода. Тайм-аут понадобился потому, что он зашёл в тупик и не знал, как разговорить паренька.

Очутившись не в школьном буфете, а в столовой управления внутренних дел, у паренька разбежались глаза. Ему захотелось попробовать всё, что едят настоящие сыщики. Милиционер широким жестом руки показал на блюда с выражением лица, которое можно было понять только как: "выбирай, что хочешь!".